«Мировое правительство» или мир без должного порядка

Альберт Эйнштейн однажды сказал, что человечество способно выбирать вектор своего развития, однако этот выбор ограничивается двумя возможными исходами: период всеобщего мира и период утраты мирового спокойствия. Предложенное видение мирового порядка заметно отличается от других существующих научных объяснений общей мировой системы.

Текстовое значение самого «мирового правительства» свидетельствует о том, все человечество должно участвовать в глобальных процессах управления. Другими словами: каждый человек имеет право участвовать в решение вопросов о распределении ресурсов, состоянии мирового океана, клонировании, незаконной миграция и другие серьезные проблемы для международного сообщества.

С другой стороны, каждый не сможет принимать все решение. Одно из главных преимуществ децентрализации власти состоит в существовании многопользовательской управленческой инициативы: процессы принятия решений осуществляются теми, на кого нацелены такие решения. И все же должная централизация власти в лице независимых органов, избранных голосованием для выполнения «функций общего дела», тоже незаменима.

Что касается международного сообщества в современных потоках развития, то оно, вне всяких разумных сомнений, требует общеизвестно иерархической мировой системы с четко обозначенными функциями, компетенцией и полномочиями.

В связи с последними глобальными событиями чрезвычайно сложно утверждать, что «мировое правительство» действительно существует. Однако, де-юре у нас есть все основания подтвердить это. Оно уже действует, опираясь на специализированные международные учреждения, исходя из модели управления с участием многих заинтересованных сторон.

Огромный разрыв существует в аспекте функционального распределения между моноотраслевыми учреждениями. Учреждение «мирового правительства» или усугубление беспорядков в области глобального существования человечества: куда идет мир?

Натараджа Гуру (1895-1973), индийский социальный реформатор, написал Меморандум о Мировом правительстве, первый раздел которого представляет особый интерес, поскольку он безапелляционно заявляет о существовании «мирового правительства» как свершившегося факта. Ссылаясь на отдельные положения Меморандума, «мировое правительство» не управляет посредством угрозы, силы или власти полиции, оно должно способствовать решению острых проблем для международного сообщества благодаря консенсусу в сочетании с национальными интересами государств. Однако подобная политика в наши дни не выдерживает критики.

Вопрос о «Мировом правительстве» лежит в центре современных научных интересов западных ученых. Например, Луис Кабрера, эксперт политической теории в Бирмингемском университете, Великобритания, в 2012 году опубликовал статью, в которой он рассматривает «Европейский союз как прообраз для одного мирового правительства». Он объясняет свою точку зрения экономической глобализацией и разработкой общих правил международной торговли.

Особенно интересен геополитический аспект. Если рассматривать нормативные и институциональные парадигмы, «мировое правительство» фактически близко к Европейскому союзу (здесь особо следует отметить явление «наднациональности»), но его правовая и организационная форма предпочтительно должна строиться именно на основе системы ООН. Речь идет не только об эффективности принимаемых решений, но и о всеобъемлющей системе организаций, авторитетные прерогативы которых требуют неотложных реформ. Как следствие, централизация системы международных организаций без коллизий, тавтологий и пробелов в международном правовом регулировании представляется реальной.

В связи с этим особенно примечательна позиция политолога Даниэля Дедни. Он утверждает, что «мы должны бояться не только глобальной анархии … но и сильной иерархии, в том числе в форме мощного глобального правительства; Мы должны избегать обеих этих крайностей и создать ограниченный «союз взаимной сдержанности» между суверенными государствами ». На самом деле такой «союз» принимает форму множества международных институтов с суверенными государствами, действующими в качестве их членов.

Фактически, если конечной целью общего мирового порядка является создание уникальной системы свобод и ограничений, и если специализированные институты будут эффективно управлять ею, тогда главная цель «мирового правительства» тем самым будет оправдана. Следует рассматривать «мировое правительство» как целостную систему международных институтов с должным образом определенной иерархией. Концепция исторической миссии международных институтов постоянно меняется. Если раньше они были созданы с единственной целью решения общих секторальных вопросов, то теперь они представляют нечто похожее на правительственные собрания в национальном государстве. Трудности в создании «мирового правительства» объясняются отсутствием понимания схемы «оперативной системы» нового мирового порядка.

Прежде всего, следует изучить функциональный компонент международных институтов, осуществляющий функции «мирового правительства».

Нормативное право международных организаций включает положение их функций. В большинстве случаев они изложены в уставах, соглашениях, конституциях и т. д. Расширение вышеупомянутых функций можно найти в поправках и изменениях к основным документам и во вторичных актах нормативного права международных учреждений (решения, директивы, положения, рекомендации, декларации, стандарты, протоколы и т. д.).

Приведем еще одно сравнение с традиционной концепцией международной организации: если раньше международные институты занимались решением вопросов, для которых, по сути, они были созданы, то благодаря глобализации их функции постепенно развиваются и дополняются, путем внесения изменений в статутное право международных учреждений. Например, Конвенция о международной гражданской авиации от 1944 года, являющаяся уставным документом Международной организации гражданской авиации (ИКАО), была отредактирована восемь раз на основе полномочий, предоставленных ИКАО в соответствии с новыми тенденциями развития. Таким образом, статья 37 Чикагской конвенции дает ИКАО возможность «время от времени принимать и вносить поправки в международные стандарты и рекомендуемые методы и процедуры». Следовательно, путем постепенного расширения своих функций ИКАО принимает форму государственного министерства по стандартам и принципам, в которых функционируют другие специализированные международные институты (так называемые «агентства» и «сервисы»).

В наше время неправительственные организации активно участвуют в международно-правовом регулировании, затрагивающим государственные должности, разработки проектных соглашения, передавая их национальным правительствам и международным организациям. Например, трудно понять, что какой-либо другой институт, даже межправительственный, выполнял бы функции Amnesty International, которая является всемирной некоммерческой организации, специализирующаяся на нарушениях прав человека и функционирующая в соответствии с Уставом и поправками, внесенными в 2011 году (статья 3 посвящена функциям Организации). То же самое относится к Международному комитету Красного Креста, Всемирному обществу защиты животных, CARE International и многим другим. Все они занимают свою личную нишу в решении различных секторальных вопросов.

Все необходимые функции должны легально регулироваться необходимыми полномочиями. Другими словами, каждое учреждение должно иметь свои надлежащие полномочия, объявленные в его собственном статутном праве. В данном случае мы избежим коллизий при решении одной и той же проблемы различными учреждениями. Соответствующая ясность должна соблюдаться во всех функциональных блоках международно-правового регулирования:

Литосфера, сфера международно-правовых пространств, природная сфера, антропосфера, техносфера, экономическая сфера, социосфера и ноосфера. Число пробелов в регулирование каждой из этих сфер прямо пропорционально числу вновь созданных международных институтов, которые остаются независимыми друг от друга. Суть следующей проблемы заключается в том, что «современное международное право — это координирующий закон, который предполагает слишком много консультаций и бюрократических проволочек …» вместо эффективного и своевременного ответа на вызовы современности. В целом, простой метод координации приемлем, но только при условии определенного уровня подчинения между международными институтами, регулирующими один и тот же вопрос. Таким образом, необходимо полностью реформировать систему международных институтов, используя намеченную схему:

— министерства — специализированные учреждения, определяющие политику в каждой конкретной сфере;

— ведомства — международные учреждения, руководящие системой разрешительных решений в спектральной секторальной сфере;

— сервисы — международные учреждения, отвечающие за контроль и надлежащее выполнение международных программ и координацию по всем вопросам их компетенции.

Например, рассмотрим социосферу международно-правового регулирования, а именно права на охрану здоровья. Соответствующая политика в основном отражена в функционировании Всемирной организации здравоохранения (Хартия ВОЗ) — на уровне министров. Всемирное общество (Международное соглашение), CARE International и Объединенная программа Организации Объединенных Наций по ВИЧ / СПИДу (резолюция ЭКОСОС) выполняют функции «ведомств», поскольку они имеют свою узкую спектральную сферу в рамках одного «министерства». Наконец, «Врачи без границ» и программа «Генетика человека» определенным образом выполняют функции «сервисов».

Реальные факты, в отличие от практики, конвенций и других нормативных документов, свидетельствуют о том, что трудно связать все международные учреждения с конкретным уровнем иерархии, поскольку их функциональная деятельность не всегда соответствует их уставным целям или даже противоречит функциям, установленным в нормативном праве. Тем не менее специализированные международные институты служат исключительной платформой для установления мирового порядка.

Выводы. Современная система международных институтов сможет эффективно функционировать в рамках «мирового правительства», уже существующего в форме системного множества международных институтов, но все еще требующего инвентаризации, функциональной координации и взвешенной иерархии. В настоящее время мы живем в мире без порядка и единого правительства, которое выполняло бы «функции общего дела». Хотя предварительные условия для улучшения ситуации существуют и требуют быстрых и продуманных решений.

Запись опубликована в рубрике политика. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.